Читатель Толстов: книжные новинки с 29 июня по 5 июля

Книга недели
«Дачники. Антология». Изд-во «Редакция Елены Шубиной», 2026 г., 18+
Новый коллективный сборник авторов издательства «Редакция Елены Шубиной», в которой целая сборная (сборник – сборная, перекличка, верно?) современной российской прозы. В прошлые годы «Читатель Толстов» писал о «сборниках» «Москва: Место встречи», «В Питере жить», «Птичий рынок», «Тело», «16 поездок» – каждый из них становился бестселлером, потому что идея одновременно проста и гениальна. Собираются писатели (и маститые, и совсем новички) и каждый пишет рассказ на заданную тему. 

Тема нового сборника выбрана безукоризненно точно – лето, дача, дачная жизнь. О чем еще захочется читать в начале июля? Разумеется, всякие истории из жизни в культовых дачных посёлках (Переделкино, Комарово, Малаховка, Кратово) и на участках в СНТ по 6 соток, про дворянские гнёзда и избушки в лесу...

Читать рассказы в «Дачниках» – настоящее наслаждение. Потому что тут очень разные авторы и разные, соответственно, истории. Леонид Юзефович вспоминает, как когда-то водил своего знакомого в сельский музей поэта и летчика Василия Каменского. Елена Холмогорова написала ностальгический рассказ о том, как где-то в глубине Тверской области образовалась маленькая коммуна московских интеллигентов, купивших по дешевке заброшенные дома – и потом они все подружились. В рассказе Сергея Носова англичанин, изучающий творчество Ахматовой, устраивается на ночь в ее «будке» в Комарово – и ночью Анна Андреевна появляется, чтобы спасти его от печного угара и заодно выпить водки. Героиня рассказа Дениса Драгунского покупает дачу, с которой связаны самые светлые воспоминания ее детства – но возвращения в детство не получается. Сергей Шаргунов гуляет с тётушкой по Переделкину и расспрашивает её о тамошних довоенных детских ёлках Иван Цыбин написал пронзительный рассказ о советском летнем отдыхе в Коктебеле, где каждый год собирались любители планерного спорта. И так далее. Каждый рассказ – не просто история, а своего рода один из аспектов дачной жизни. Доехать до дачи, устроиться на даче, организовать правильную дачную жизнь, чтобы дети потом, когда вырастут, вспоминали эти уютные дачные дни как потерянный рай.

В самом феномене дачи есть что-то необъяснимое. Тем более трудно понять сегодня, когда все уже успели побывать на всевозможных курортах «олл инклюзив», сумели получить все блага, которые дарует путешественникам потребительская цивилизация, чем же так завораживает простой домик, зачастую – отсутствие удобств, да еще туда ехать черт знает сколько, да еще от дачи до озера сколько идти каждый раз, да в сельском магазине ассортимент такой, что непонятно, как тут люди живут. И тем не менее дача для многих (а уж для участников сборника «Дачники» – безусловно) остается важной частью жизни, мерилом, точкой отсчета. 

Очень трогательно, очень лирично, и, конечно, очень узнаваемо (в Твери тоже бурная дачная жизнь): «Потом они сидели на веранде, в кружке оранжевого света из старого нитяного абажура – когда-то такие были в моде,  потом мама захотела новую люстру, современную, хромированно-кубическую, а этот, поживший и потёртый, отправился на дачу, на почётную пенсию. Всё старое, но ещё пригодное для использования, вроде растянувшихся кофт или тазика с чёрным пятном на дне, уезжало на дачу и там как-то незаметно пропадало, будто растворялось в воздухе, который мама, выйдя из машины или из электрички, обязательно требовала вдохнуть полной грудью» (это из рассказа Дарьи Бобылевой «Уединенницы»). Отличная книга, идеальное летнее чтение, и читать ее надо, конечно, обязательно на даче.

Анна Кознова «Городок писателей в Переделкине. Люди и положения». Изд-во «Новое литературное обозрение», 2026 г., 16+
Эта книга тоже про дачную жизнь, но про особенную, специфическую. В 1934 году перед проведением первого съезда Союза советских писателей советским писателям стали выделять земельные участки в подмосковном поселке Переделкино, создав тем самым первую мире писательскую колонию под государственным управлением. Анна Кознова изучила документы о том, как был организован этот процесс – почему выбрали именно Переделкино, как составляли списки первых счастливчиков, получивших землю, как вообще складывались отношения между обитателями поселка вплоть до 1945 года, когда писатели стали возвращаться с фронтов и из эвакуации (и захватывать пустующие дачи). Работа основана на широком спектре документов, от бухгалтерских отчетов до предсмертных записок и воспоминаний. И это позволяет Анне Козновой раскрыть несколько интересных сторон писательской жизни. Оказывается, названия улиц в Переделкине давали по фамилии писателя, который первым получал на ней землеотвод. А писатели друг с другом не дружили – причем не по творческим, а по идейным соображениям. Всеволод Вишневский, например, жестко преследовал Бориса Пильняка, даже обвинял его в том, что Пильняк из командировки на Дальний Восток привез какие-то невиданные цветы, которые оказались сорняками. Демьян Бедный был постоянно недоволен своими дачами и жаловался, что ему, другу Буденного, не могут обеспечить приличных условий. И все, конечно, наперегонки писали Сталину! В общем, весьма познавательная (забавная, хотя временами жутковато читать про «их нравы») книжка.

Ральф Конерсман «Аутсайдер. Символическая фигура современности». Изд-во «АСТ-ЛЕД», перевод Сергей Ташкенов, 2026 г., 16+
Это не столько книга, сколько большое философское эссе. Довольно любопытное. Ральф Конерсман давно интересовался символической фигурой аутсайдера – человека, который оказывается вне всяких группировок, конвенций, соглашений. Аутсайдеров, оказывается, тоже возможно классифицировать. Они могут быть добровольными, могут быть невольными, могут и не знать, что они аутсайдеры, или продолжать считать себя частью корпорации, делая вид, что не понимают причин, по которым их вытолкали из дружного круга. К аутсайдерам при этом можно относить самых разных людей, от философа-киника Диогена (это который жил в бочке) до, скажем, Дэвида Боуи. Но Конерсман утверждает, что аутсайдеры – это и есть главные двигатели культуры. Принцип такой: появилась некая система культурных связей, некая система ценностей. Она развивается, в какой-то момент теряет импульс к развитию и теряет стимул к движению. И вот тут ситуацию спасает аутсайдер, который разбивает систему ценностей с тем, чтобы создать свою. Потом уже созданная этим аутсайдерами система культуры какое-то время живет, развивается, впадает в застой – и уже ей требуется следующее поколение аутсайдеров, и все повторяется. С одной стороны, здесь такая неспешная авторская интонация, с другой – философская мысль автора довольно динамична и стремительно разворачивает перед нами ситуации и примеры из разных культурных эпох.

Полина Трояновская «Как появился наш съедобный мир. Захватывающая история еды от картошки до шампанского». Изд-во «Альпина Паблишер», 2026 г., 16+
Я когда-то слушал лекции Полины Трояновской в лектории Московского университета управления, а теперь еще и книга вышла, в немалой степени на этом лекционном курсе основанная. У Трояновской есть прекрасное для исследователя качество – она рассказывает не столько историю всяких пищевых продуктов, но разворачивает перед нами замечательную панораму того, как с каждой эпохой усложнялась кухня, гастрономия и вообще, все что связано с едой. Когда-то люди ели то, что можно было добыть в месте, где они жили. Потом появилась торговля и люди познакомились с «заморскими» продуктами, потом стали усложняться технологии приготовления пищи – от открытого огня перешли к плитам, чугунам, русской печи. Потом блюдам стали давать «имена», потом возникла необходимость питаться не только дома, но и ходить, например, в ресторан. Потом еды стало настолько много, что потребовалось ограничить ее употребление. И в каждой главе, на каждом этапе гастрономической истории человечества (кстати, в книге есть обстоятельная глава, посвященная истории русской кухни) Полина Трояновская находит какой-то интересный сюжет, нюанс, историю, которая позволяет иначе поглядеть на свой завтрак, где, как выясняется, бутерброд, кофе, чайник и сахар становятся некими культурными символами. Книга, на мой взгляд, замечательная.

Маша Трауб «Базар-вокзал». Изд-во «Эксмо», 2026 г., 16+
Сколько лет существует «Читатель Толстов» (а через месяц исполнится десять лет!), столько он пишет про книги Маши Трауб. Которую я считаю одной из лучших – да даже и лучшей, никто не обидится – в жанре женской прозы. О чем бы она не писала – о любовных историях, семейных отношениях, даже приготовлении еды – у нее всегда получаются такие поучительные, но совершенно при этом не занудные философские бытовые притчи. В конце концов, жизнь настолько сложна, что понять это нам помогают и книги Маши Трауб, которая своих героев любит и жалеет. Новая книга – это сборник рассказов, с героями которых писательница познакомилась, гуляя по многочисленным рынкам – в Москве, Подмосковье, в городах Кавказа и в далекой Европе. Вот что сама Маша Трауб рассказала о книге «Базар-вокзал»: «Эта книга писалась так легко, будто я привычно варила суп на обед. «Базар», как он назывался в моем сельском детстве, или «рынок», как называли его в городах, — мое любимое место и моя любимая тема. Запахи, вкусы, разговоры, случайные знакомства — целые судьбы и полнометражные сюжеты проносятся перед глазами за то время, пока ты выбираешь мясо или помидоры. Это место с особыми ритуалами, правилами поведения, своим особым языком. Случайная покупка может обернуться дружбой на много лет или просто поднять настроение на целый день».

Евгений Войскунский «Балтийская сага». Изд-во «Азбука», 2026 г., 18+
Скончавшийся три года назад в возрасте 98 лет Евгений Войскунский когда-то вместе со своим соавтором Исаем Лукодьяновым был одним из самых известных советских писателей-фантастов. Его и вспоминают прежде всего как автора «Экипажа «Меконга» и другой фантастики. А между тем Войскунский воевал, первые свои книги писал именно в жанре военной прозы, а в конце жизни замахнулся на сагу, решив написать историю трех поколений жителей Ленинграда Плещеевых. Старший Плещеев был корабелом, строил корабли в Кронштадте, его сын Лев стал известным журналистом, военным корреспондентом, а сын Льва Вадим много лет отдал службе в подводном флоте. В книге главным «героем» становится Кронштадт. В Кронштадте на верфи строит корабли Плещеев-старший, в атаку на крепость по льду Кронштадтского залива в 1921 году идет его сын Лев, а спустя 100 лет Вадим Плещеев пытается собрать архивные данные о том далеком восстании, и подолгу спорит со своими друзьями о революции, восстании, кто был прав и кто неправ. Евгений Войскунский писал «Балтийскую сагу» восемь лет, и получилось действительно многослойное, масштабное, широкое и захватывающее повествование о том, как три человека оказались причастными к великим историческим событиям, как эти события изменили их жизнь и восприятие окружающего мира. Очень крепкая, хорошо написанная, профессионально скомпонованная проза – и несмотря на то, что она написана в наше время, впечатление, будто «Балтийская сага» это такой советский роман, заблудившийся во времени и изданный только сейчас. 

Мариэтта Чудакова «Жизнеописание Михаила Булгакова». Изд-во «Азбука», 2026 г., 16+
Книга вышла в серии «Non-Fiction. Большие книги», и это издание не случайно – в мае отмечался 135-летний юбилей со дня рождения Михаила Булгакова (а еще в этом году исполнится пять лет, как наш мир покинула сама Мариэтта Чудакова). Биографий Булгакова написано примерно с десяток, но труд Мариэтты Чудаковой – первое полное жизнеописание, и, позволю себе сказать, лучшее в булгакововедении. Который молодая аспирантка Чудакова начала писать еще в 1966 году, когда в двух номерах журнала «Москва» были опубликованы главы «Мастера и Маргариты». С тех пор Мариэтта Чудакова стала собирать материалы для книги о Булгакове. Она успела (единственной из биографов Булгакова) поговорить с вдовой писателя Еленой Сергеевной, более четверти века хранившей у себя рукопись великого романа. Она застала (и записала подробные интервью) очень многих людей, сотрудничавших с Михаилом Афанасьевичем, друживших с ним, она нашла в архивах неопубликованные тексты писателя и даже его дневники. По объему фактографического, биографического романа «Жизнеописание Михаила Булгакова» – самая точная, самая фактически безупречная книга о писателе. Впервые книга «Жизнеописание Михаила Булгакова» увидела свет в 1988 году, впервые биография писателя была представлена в таком последовательном и всеобъемлющем изложении. У читателей появилась возможность познакомиться с архивными документами, свидетельствами людей, окружавших писателя, фрагментами его дневников и писем (в то время еще не опубликованных), и самое главное – оценить истинный масштаб личности Булгакова, без цензурного глянца и идеологических умалчиваний. И все эти годы биография Михаила Булгакова, написанная Мариэттой Чудаковой, переиздается. Не пропустите.

Кристин Уэбб «Высокомерная обезьяна. Миф о человеческой исключительности и его значение». Изд-во Corpus, перевод Мария Елиферова, 2026 г., 16+
Книга чрезвычайно провокативная и вместе с тем потрясающе информативная, познавательная. Есть в биологии такое понятие – антропоцентризм. Оно означает, что человек, как высшая форма жизни на Земле, является «мерой всех вещей», самый умный, нравственный, эволюционировавший лучше всех и вообще царь природы. Кристин Уэбб, ученый-приматолог (изучает высших обезьян), посвятила многие годы изучению богатой социальной, эмоциональной, когнитивной жизни наших ближайших родственников, и показывает, что человеческая исключительность – это миф. Есть такое понятие «умлайт», то есть, если очень коротко, это сфера жизни, определяющая образ жизни тех или иных животных. Так вот, в сфере своего «умлайта» все животные оказываются куда конкурентоспособнее человека. Птицы видят лучше, чем мы, антилопы бегают быстрее, у каких-нибудь раков-богомолов куда интереснее организовано зрения, у слонов есть такие практики, как взаимовыручка, защита стариков и даже погребальные ритуалы! Так что не такие уж мы исключительные, говорит Кристин Уэбб. Призыв Кристин Уэбб более реалистично смотреть на место человека в природе служит идеальным началом дискуссии о далекоидущих проблемах антропоцентризма. Эта книга изменит ваш взгляд на благополучие животных, а может быть, и ваше мировоззрение как таковое.

Анастасия Першкина «Вселенная Достоевского». Совместное издание издательства «Альпина» и проекта Arzamas, 2026 г., 18+
Изящная книга, построенная на лекциях, которые филолог Анастасия Першкина читала в рамках проекта Arzamas. Она рассказывает о Достоевском. Что можно теперь, после тысяч книг об этом писателе и его творчестве, сказать нового о Достоевском? И тем не менее книга прочитывается на раз (она еще небольшая по объему, компактная, за вечер легко можно осилить). Потому что там есть факты, подробности, которые почему-то упустили другие исследователи. Скажем, кто помнит, в какой день Раскольников убивает старуху-процентщицу и ее сестру? А это 7 июля 1865 года, самый жаркий день того года в Петербурге. А когда Раскольников признается в убийстве в полицейском участке? 20 июля, это важно знать – это Ильин день, день прощения грешников. Или вот такой факт – почему Мармеладов так быстро спился? Да все потому, говорит Першкина, что алкоголь в Петербурге тогда не стоил ничего – бутылка вина продавалась за 19 копеек, а Мармеладов украл из дома свое жалованье, 22 рубля, потом еще пропил вицмундир за 11 рублей. А кто помнит фамилию следователя Порфирия Петровича? В романе это единственный персонаж без фамилии, но в набросках и черновиках Достоевский ее указывает – правда, потом решает, что для следователя фамилия Семенов уж больно банальная какая-то. И таких маленьких, но ярких и запоминающихся открытий в книжке довольно много.

Джозеф Гис, Фрэнсис Гис «Брак и семья в Средние века». Изд-во «Азбука», перевод  Евгения Бутенко, 2026 г., 16+
К сожалению, это последняя совместная книга английских историков, супругов Джозефа и Фрэнсис Гис – Фрэнсис скончалась в 2015 году, но книги этой замечательной супружеской четы историков-исследователей, посвященные средневековой истории («Жизнь в средневековом городе», «Жизнь в средневековой деревне» и т.д. – «Читатель Толстов» всегда с удовольствием о них писал) продолжают издаваться и сегодня. Это настоящие шедевры научно-популярной исторической литературы. Книга «Брак и семья в Средние века» продолжает серию классических научно-популярных бестселлеров о жизни в эпоху Средневековья. Это увлекательный рассказ об эволюции семьи в средневековый период. Ведь многие века семья оставалась важнейшим общественным институтом. Вокруг которого была создана сложнейшая система условностей, законов, писаных и неписаных правил, которые к тому же менялись с течением времени. Например, раньше, если благородный рыцарь обесчестил девушку, он обязан был на ней жениться, это все знают. Но потом появилось множество бродячих рыцарей, которые буквально охотились за девушками из богатых семей, чтобы женитьбой поправить свое материальное положение – и теперь законы требовали взыскивать с прелюбодеев крупный штраф, а то и отправить негодяя на казнь. Или история с тем, как в Средние века оформлялся развод. Получить официальный развод было практически невозможно, поэтому аристократы спокойно заводили новые семьи, не беспокоясь о правилах морали. Проблема появилась позднее, когда на наследство стали претендовать дети от двух, трех и более браков. В этой книге авторы прослеживают развитие брачных традиций на протяжении эпохи Средневековья, отмечая, как римские и «варварские» культурные течения, сливаясь и преобразовываясь под влиянием Христианской церкви, создавали новые концепции, обычаи, законы и практики; многие из них управляли жизнью семьи до самого недавнего времени, некоторые живы и по сей день.

Оксана Балашова «Мифы Суздаля. От реки Нерли и змеевика до коня князя Пожарского и колокольного звона». Изд-во МИФ, 2026 г., 16+
В «мифологической» серии издательства МИФ («Мифы от А до Я») есть книги о мифах отдельных народов, или каких-то географических областях, населенных разными племенами, есть даже книга о мифологии Толкиена и Лавкрафта. Чем Суздаль, скромный город во Владимирской области, заслужил такую честь? А тут несколько причин. Во-первых, Суздаль – один из главных туристических центров России, чтобы гидам было о чем рассказывать, просто необходима собственная городская мифология. Во-вторых, Суздаль – город древний, к его истории имели отношение и князь Дмитрий Пожарский, и Дмитрий Донской, и даже фельдмаршал Паулюс – и все они, вернее, обстоятельства их суздальской жизни, нашли отражение в книге. Наконец, отдадим должное автору! Оксана Балашова – фольклорист, этнограф, литературовед, журналист, кандидат филологических наук, организатор и участник 53 научно-исследовательских экспедиций, автор более 150 научных статей. Она не стала придумывать, сочинять мифологию Суздаля, а тщательно восстановила и изучила городские мифы по разным источникам. И получилось много ярких сюжетов: о чем «разговаривают» суздальские храмы, как озеро Омуток наказало своих осквернителей, и где в Суздале искать клады. Здесь лешие, домовые и колдуны мирно уживаются с христианскими святыми, а чудеса переплетаются с реальными событиями. Получилось познавательно, интересно и популярно, мне понравилось.

Евгений Водолазкин «Последнее дело майора Чистова». Изд-во «Редакция Елены Шубиной», 2026 г., 18+
Как всегда в конце обзора – новинка остросюжетного жанра. И сегодня это, пожалуй, самая неожиданная новинка – свежий роман Евгения Водолазкина, написанный в жанре детектива! Кто такой Водолазкин – представлять не надо. Один из самых успешных российских писателей, говорят, именно его произведения чаще всего переводятся на иностранные языки, к тому же лауреат, кажется, всех литературных премий России, от «Ясной Поляны» до «Большой книги». Автор настоящих интеллектуальных бестселлеров – «Лавр», «Авиатор», «Чагин». И еще это автор (что меня в нем особенно подкупает), который все время находится в поисках нового жанра, новой формы, постоянно экспериментирует. Вот и «Последнее дело майора Чистова» - это и детектив, и вместе с этим глубокий философский роман. Во-первых, историю эту нам рассказывает не сам Чистов, а его молодой коллега Егор Ведерников. Во-вторых, предлагается стандартная для детектива завязка – убивают ученого, который исследовал искусственный интеллект. В-третьих, майор Чистов приступает к расследованию с такой философской позиции – у нас есть тело жертвы, но почему никто не пытается найти ее душу? И в чем разница между живым и неодушевленным, где проходит граница, и можем ли мы ее преодолеть? И может ли душа, пребывая в загробном мире, проводить расследование убийства? Это необычное чтение: фирменный «водолазкинский» стиль накладывается на вполне заурядное полицейское расследование, но получается весьма своеобразно.

Владислав Толстов, Юлия Антюхина
Обложки книг, упоминаемых в обзоре, представлены издательствами

Обсудить